Кис — кис — мяу от Нагиева

Кис — кис — мяу от Нагиева

(про спектакль «Кыся», прошедший в ДУ Академгородка, в Новосибирске, 3 ноября 2001)

«Только я пристроился сзади к этой рыжей кошечке, только прихватил ее за нежный пушистый загривочек, только почувствовал, как ее потрясающий рыжий хвостик туго напружинился и стрункой вытянулся вверх и чуть вбок в ответном желании, открывая мне, «врата блаженства»…

На этих словах из декораций под аплодисменты появляется всклокоченный Дмитрий Нагиев, одетый в рваные джинсы и в черную сетку с нашитыми кусками шерсти. И действительно — пристраивается к некоей рыжей киске и начинает ее:

Хотя начать надо с другого. С того, что в Новосибирск (и в Академ в частности) привезли один из самых скандальных спектаклей последнего года. <Кыся> поставленн режиссером Львом Рахлиным по одноименному бестселлеру В. Кунина , с популярным ди-джеем и телеведущим Дмитрием Нагиевым в главной роли. Привлеченные звездным именем и заинтригованные устойчивой ограничительной формулировкой про <детей до 16:> зрители пришли на <сенсационное> представление. Афишами с изображением полулица человеческого — полуморды кошачьей, постоянной рекламой в метро, по радио и по телевидению город был переполнен. После выступления в <Прогрессе>, театр приехал в Дом Ученых, где билеты были проданы даже на приставные места.

Предсказуемый набор недопустимых для детских глаз и ушей выразительных средств — обилия ненормативной лексики, черного юмора и нескольких сцен из сексуальной жизни кошек и людей — поначалу вызвал легкий шок, но спустя минут 5 после начала зал дружно хохотал над скабрезностями.

<Кыся> — история жизни питерского кота Мартына, <живущего нормальной, активной половой и общественной жизнью>. Мартыша любит своего хозяина — Шуру Плоткина, к которому пытается вернуться и не может, своего Другого Человека — Водилу, которого пытается спасти и это ему также не удается. Кыся говорит о жизни и о любви, о русской и <наоборот> душах, о парадоксах. Например, общаясь с другим котом — кастратом — восхищается: <Ты только посмотри, как люди живут - наркотики грузовиками возят!>. Когда же возникает острая необходимость общения с противоположным полом, не брезгует и: болонкой, внутренне борясь с собой: <Нельзя же собачку!.. Нельзя ведь:А кто сказал, что нельзя?!>. Короче, название <котовасия в 2-ух действиях> полностью соответствовало действительности.

Мнения же зрителей, как и следовало ожидать на довольно скандальном шоу, разделились. Кто — то зевая плевался на <эту самодеятельность для показа в зоне>, кто — то восхищался глубоким философским подтекстом, кто — то пришел исключительно полюбоваться на атлетическое телосложение Нагиева, а некие экзальтированные дамы в финале неистово скандировали <Брависсимо!!! Спасибо, ребята!!! Спасибо, Дима!!!>.

Неоднозначная пьеса вызвала неоднозначную реакцию. Значит, все же зацепило, как — то затронуло, взбесило, если хотите. Нельзя даже до конца определить преобладающую тональность действия — трагическая она или жизнеутверждающая. Каждый решает для себя, интерпретирует по — своему.

Безусловно, ввиду отсутствия соответствующего образования, не берусь оценивать актерское мастерство всей труппы в целом. Но, могу лишь отметить, как пластично и, все — таки, талантливо Д. Н. изобразил кошачьи повадки, создав эдакое сборище животных инстинктов. Соединение последних с присущими человеку чувств как раз и делает образ Кыси раздвоенным. Еще одним впечатлением от самого спектакля стало назойливая мысль о <театре одного актера>, о том, что Нагиев тянет на себе всю динамику сюжета. Но единственно точно могу сказать — не жалею о потраченном вечере — скорее, наоборот!

Анастасия Никулина