УЮТ-КОМПАНИЯ 3 СЕНТЯБРЯ: КИНОДРАМАТУРГ ВИКТОР МЕРЕЖКО
Ведущая — Ольга Галицкая
3 сентября 2000 г.
Сегодня в Уют-компании я рада вам представить своего, да и вашего хорошего знакомого, моего я рискну даже сказать друга, Виктора Ивановича Мережко. Виктор Иванович, известен, конечно, прежде всего, как телеведущий. Мы как раз перед телеэфиром говорили, что как-то все смещается, изначально как знаменитый кинодраматург, сейчас больше известен как телеведущий. Но еще тема разговора сегодня такая, что Виктор Иванович Мережко сегодня президент открытого фестиваля кино стран СНГ и Балтии об этом мы будем говорить в сегодняшней передаче. Фестиваль в Анапе пройдет с 8 по 17 сентября уже в девятый раз, ну а пока что Виктор Иванович вернулся из Владивостока. Что Вы там делали, расскажите?
МЕРЕЖКО: Во-первых, я люблю этот край, который по-настоящему все время колышет всю страну: то газа нет, то света нет, то воды нет. Я приехал в этот город.
Ну, водой, по-моему, там все залило?
МЕРЕЖКО: Нет, водой — это на тротуарах, а в домах нет горячей воды. Вы представляете, летом нет горячей воды, а что зимой делать?
Ну, это не единственное место на территории нашей страны, где такая же ситуация.
МЕРЕЖКО: Богатейший край, совершенно уникальный. Короче, я поехал по приглашению театра Драмы местного Горького, по приглашению худрука Ефима Звиняцкого, я давно с ним дружу, он ставил несколько моих пьес, во-первых там День Мира, 1 сентября, окончание Второй Мировой войны, и было торжественное собрание и я имел честь выступить и даже пел там.
Ну, это у Вас уже не первый опыт, я знаю, вы пели «Мохнатый шмель», а теперь у Вас, что в репертуаре?
МЕРЕЖКО: Это ретрошлягеры — Юрьева, Козин, Богословский.
Потрясающе, значит, того и гляди, будем слушать компакт Виктора Мережко?
МЕРЕЖКО: Будем слушать в середине октябре в конце октября я выпускаю аудиокассету и компакт-диск. Вот такая реклама. И выступая, к тому же я заключил договор с местным театром пьесу, потому что они уже мне заказали однажды пьесу «Двое с большой дороги» по их заказу я написал пьесу, потому еще одну пьесу ставили, а теперь вот уже третья пьеса, я рад. Театр классный, Ефим Звиняцкий, мой друг, вот тот редкий случай, когда театр в полном порядке. У них бесплатная столовая, артисты вся труппа и вся обслуга бесплатно едят.
То есть, потому что они зарабатывают хорошо?
МЕРЕЖКО: У каждого актера, как правило, машина как минимум одна с правым рулем. Кстати, весь Дальний Восток ездит на правом руле. Странно, там нет «Жигулей», «Волг», «Мерседесов». Все машины в основном — с правосторонним рулем. Причем Джипы такие классные. И потом туда ходит публика, там практически нет спектаклей, чтобы не было аншлагов. Очень хвалю этот театр, очень люблю его.
Здорово, Виктор Иванович, но я знаю, что Вы как актер себя пробуете, вернее, не пробуете, у Вас тоже опыт большой по этой части, но сейчас вы снимаетесь как актер
МЕРЕЖКО: Я должен сказать, что снимается картина по моему сценарию, первые десять серий, рабочее название было «Сага о криминале», ну понятно, раз сага тем более о криминале, понятно о чем. Я предложил, кстати, Киномосту, по чьему заказу я делаю, написал сценарий и предложил несколько вариантов сюжетов, они выбрали «Сагу о криминале». У них она будет называться «Во имя отца и сына». Коротко: в криминальную структуру внедряется милиционер, наш молодой парень, и он начинает заставлять работать на себя, на государство, на общество, то есть их подчинять, сращивать. Я говорю популярным языком — сращивание государства с криминалитетом. В главной роли снимается Павел Новиков, он еще не закончил Ленинградский институт театра музыки и кино, его Эрнст Ясан, режиссер картины нашел. Досталь и Манилов утвердили это дело. Нагиев снимается, очень крутого мафиози играет, а я играю тоже крутого мафиози — наркобарона Москвы.
Ну, очень похож, особенно я вот видела у вас на портрете Никса Сафронова — вылитый просто наркобарон. Типичный.
МЕРЕЖКО: Не дай Бог, никогда не пробовал и боюсь этого.
Виктор Иванович, ну я думаю, что за всеми этими делами Вы не забыли, конечно, о том, что Вы президент кинофестиваля?
МЕРЕЖКО: Не только не забыл, я помню все время. Просыпаюсь ночью, потому что не все хорошо так складывается, как нам бы хотелось, проблем там еще с самолетами возникли, нам же военные очень здорово помогали всегда, и помогают сейчас.
Наверное, помогут?
МЕРЕЖКО: Помогут, я думаю, помогут. Страны СНГ и Балтии, во-вторых, не хватает мест в «Россиянке», где мы постоянно останавливаемся. Там очень большой наплыв, кстати, вот такая любопытная деталь. Публика стала меньше ездить за границу отдыхать, нежели в Россию, в частности, в Сочи, Анапу, даже в Крым много ездят. Поэтому там большой наплыв и не хватает места в «Россиянке», ну сейчас доложили, что более-менее все утрясается. И 7 числа мы вылетает. Даст Бог, 8 мы откроем наш фестиваль.
Ну, давайте немножко окинем взглядом историю вашего кинофестиваля, потому что в будущем году будет уже 10 лет Киношоку, так что можно так немножко подумать о пройденном пути. Ведь фестиваль начинался в 1992 году, как форма авангардного кино. Киношок. А сейчас осталось только название «Киношок», а вот авангарда уже как-то нет.
МЕРЕЖКО: Пытались от него отказаться сразу. Потому что «Киношок» сразу особенно для людей, которые не знали, или не знают зарубежных гостей, вот сейчас мы чехов приглашаем на ретроспективу чешского кино, для них Киношок остается все-таки шокирующее кино. У нас мы собой заменили вот такую нишу замечательную — Всесоюзный кинофестиваль когда-то был, вот мы Всесоюзный СНГовский фестиваль.
А нельзя отказаться от того модного шокирующего кино, вот это было все-таки страшно интересно. Я помню, был первый фестиваль, я думаю, он у всех остался в памяти, он такой своей незаурядностью, непохожестью ни на что другое.
МЕРЕЖКО: Фестиваль — на первом был Роман Виктюк — председателем жюри, когда публика не понимала, что это за неандертальцы сюда приехали, ужасно, грязнуха, порнуха, чернуха, они плевались, выходили, даже в экран бросали на городских просмотрах всякие гадости. Понимаете, вот сейчас такого шокирующего кино нет. Тогда была свобода дана кинематографистам, как впрочем, и всему обществу, и киношники попытались снимать что-то запредельное, экспериментальное, хотя изобретать велосипед нечего. Все равно у велосипеда два колеса или в лучшем случае три.
То есть Вы считаете, что в кино ничего не изобретешь?
МЕРЕЖКО: Нет. Я считаю, что кино это есть, даже американцы, которые сейчас делают компьютерные фильмы, мне кажется, это тупиковая ситуация, кино — это, прежде всего, театр — о страстях, о судьбах
То есть это человеческая комедия, в этом смысле театр?
МЕРЕЖКО: А как только переносится это все в технократию какую-то или фокус. Все гибнет. Публика не пойдет.
Ну а как же сейчас вот модные фильмы, например, такие немецкие фильм, где такое все клиповое быстрое, такое смешное немелконашинковые кадры, но зато это передает ритм жизни, ощущение жизни.
МЕРЕЖКО: Вы знаете, я думаю, это молодежь, очень быстро становится не молодежью. Десять лет и она уже не молодежь. Зато картина «Красота по-американски» получила уйму Оскаров и получила совершенно уникальный прокат по всему миру, тоже американская картина. Там есть судьба, там есть любовь, там есть драма, вот кто-нибудь не смотрел эту картину, посмотрите, это такое классное кино, настоящее.
Фильм классный, я с вами полностью согласна, но давайте поговорим о вашем кино, которое будет представлен на фестивале стран СНГ и Балтии, напомню слушателям, что в гостях сегодня в Уют-компании Виктор Иванович Мережко, вы можете нам тоже позвонить, задать вопросы, если они у вас появятся. Телефон 951-41-90 или 951-41-91. Звоните, пожалуйста, и не забывайте, что Виктор Мережко не только телеведущий, но и драматург, актер и даже уже и певец.
МЕРЕЖКО: Традиционно жюри у нас на фестивале возглавляют не кинематографисты. В этом году Зураб Соткилава — председатель жюри, туда войдут Вадим Абдрашидов, Вадим Алисов, Рустам Ибрагимбеков, Карахан Лева, Ира Розанова. То есть жюри очень представительное, может быть одно из самых таких мощных, крутых за все девять лет.
То есть от того первого Киношока остался главный принцип, что председатель жюри- это человек вне кино.
МЕРЕЖКО: Вне кино. У нас был и Даниил Гранин — председатель жюри, и Виктюк, и Толя Васильев, и Башмет, и Андрей Битов.
А не возникает споров между кинематографическими людьми и вот, скажем, писателями и музыкантами, таких принципиальных, другой подход?
МЕРЕЖКО: Вы знаете, дело в том, что кинематографисты, по природе своей, люди весьма демократичны. Эта публика артистична, ну, допустим, трудно работать, наверное, с музыкантами. Если бы к музыкантам влез бы киношник, музыканты бы его съели. А мы к этому даже не только легко, но и с интересом относимся, это любопытно. И никаких конфликтов. Вот Соткилава на пресс-конференции, которая месяц назад прошла, сказал: «Какое счастье, что я буду среди красивой кинематографической публики!» Действительно красиво. Давайте про фильмы. У нас будет 12 конкурсных фильмов, вот я назову некоторые — «Тихий омут» Эльдара Рязанова,
А это он снимал параллельно с фильмом «Старая кляча» пока, по-моему, никто не видел этого фильма, премьерный будет показ.
МЕРЕЖКО: С моей точки зрения, да не обидится господин Рязанов, но «Тихий омут» намного интереснее «старых кляч»,
«Старая кляча», вообще, была в штыки встречена.
МЕРЕЖКО: Да, «Луной был полон сад» Виталия Мельникова, картина, которая была показана на Московском кинофестивале, но мы вправе ее взять, потому что мы берем в программу, те фильмы, которые могли бы участвовать в международных фестивалях, а не внутри…
То есть, если фильм уже участвовал в конкурсе на территории нашей страны, он уже к вам не попадает.
МЕРЕЖКО: «Всем привет, Украина», «Женское царство», «Истинное происшествие», «Ковчег», «Как прекрасен этот мир» он привезет такую картину.
Виктор Иванович, не рассказывайте пока все. У нас есть звонок, и попробуем ответить нашим слушателям.
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте! У меня такой вопрос. Вот почему все фестивали большинство избираются, связанные с морем, вот почему не какой-то город там, в Сибири, скажем, отдаленный неотдаленный?
МЕРЕЖКО: Я объясню. Во-первых, есть и без моря, допустим в Москве. Допустим Екатеринбургский фестиваль документального кино — один из самых мощных. Я считаю, что в России есть четыре самых крупных фестиваля — это Московский, это Киношок, Кинотавр и вот Екатеринбургский. Там нет моря, как вы догадываетесь. А если говорить серьезно, когда мы выбирали Анапу, вообще приглядывали Геленджик, Анапа — все-таки море, во-вторых, лето, публику проще собрать, в-третьих, гости, то есть сами кинематографисты с большим удовольствием туда поедут.
Вот Вас тут же упрекнут, что едут туда специально отдыхать?
МЕРЕЖКО: Как раз наш фестиваль — рабочий. Сейчас вот «Созвездие» поедет в Архангельск. Я считаю, что акция прекрасная, но это разовая акция. А мы не собираемся нашу штаб-квартиру менять. Простите меня, но и комфортнее и нам проще привлечь сюда гостей, спонсоров и так далее.
У нас еще один звонок, ало, мы вас слушаем!
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте! Виктор Иванович, скажите, пожалуйста, почему не демонстрируются фильмы, такие как фильмы «забытой ленты»: «Сестра его дворецкого», «Большой вальс», «Серенада солнечной долины», «Серенада большой любви»?
МЕРЕЖКО: Коли я имею отношение к шестому каналу, я думаю там проблема все-таки в деньгах. Дело в том, чтобы «Большой вальс» показать, нужно возобновить лицензию на право показа. А это деньги и те, кто занимаются закупкой фильмов для каналов, они предпочитают закупать новую, к сожалению, продукцию, а не показывать старую. Хотя я вот «Большой вальс» недавно в Доме кино видел. Госфильмофонд показал для кинематографистов, это такой восторг вызвала эта картина, такая нежность, такая режиссура, такая актерская игра, такая музыка, конечно жалко, не могу объяснить, наверное, в силу инертности наших покупщиков.
СЛУШАТЕЛЬ: Виктор Иванович хочу задать вопрос, почему у нас в России, скажем так, не будем брать другие страны, Балтии и прочее, какие-то бесконечные кинофестивали, а кино как такового нет? Ну, кто смотрит фильмы новые?
МЕРЕЖКО: На этот вопрос мне часто приходится отвечать. Дело в том, что я только что был в Испании 15 дней, пригласили меня там почитать лекции и у них фильмов производится, это не самая такая кинематографическая страна, но у них фестивали в два раза, если не в три раза больше, чем в России. Дело в том, что если у нас разрушен прокат и фильмы российские не доходят до зрителя, то представляете, если не будет и фестивалей, а мы при помощи фестиваля все-таки знакомим зрителей с нашими картинами, да и не только с нашими, но и с казахскими, и с грузинскими, и с армянскими, ну и так далее, ну если еще закрыть фестивали, да еще и нет проката, то мы вообще окажемся, в катастрофическом положении и нам придется тихо умирать. Фестиваль как раз помогает показать, доказать, что наше кино живо, да, прокат необходимо реанимировать, восстанавливать, пройдут годы, пока мы этого добьемся, пока мы поймем, что наша продукция не хуже той же самой американской, а ну пока что
А Вы думаете, что это сегодня возможно доказать, что она не хуже?
МЕРЕЖКО: Вы знаете, страна лишенная собственной культуры и собственной духовности обречена. Если мы будем петь американские песни, читать американские книги, смотреть американское кино и все игры на телевидении под американскую дудочку делать, стало быть, мы очень быстро погибнем.
Нет, когда я посмотрела подряд два фильма Анатолия Рамжана — это что-то такое чудовищное. Однако, эти фильмы приглашают тоже в конкурсные фестивали.
МЕРЕЖКО: Я не знаю, кто приглашает Толю Рамжана — он замечательный и добрый человек, смешной, но он снимает, не хочу обидеть домохозяек, для таких совсем не домохозяек, он сам не кинорежиссер, он сам начинал как юморист в Литературной газете, вот на последней полосе писал более-менее смешные истории, а потом решил, что он кинематографист, кинорежиссер, стал снимать и в этом нет упрека.
А просто сейчас очень много непрофессиональных людей. А что делать, почему нет никакого все-таки механизма противодействия не в том смысле, чтобы не пускать, но чтобы правильно оценивать?
МЕРЕЖКО: Толя Рамжана — если зашла о нем речь — он снимает очень дешевое кино, очень дешево, его картина там 150-200 тысяч долларов стоит, а нормальная картина должна стоить не менее миллиона долларов.
Виктор Иванович, Вы прекрасно знаете, что, например, Сокуров сейчас снял фильм «Молох» это тоже малобюджетное кино, но фильм-то гениальный.
МЕРЕЖКО: Гениальный, но фильм, публика развращена и не поймет эту картину, потому что ей нужен и космические всякие глупые картины, в которых непонятно кто в кого стреляет, и какие инопланетяне к нам прилетают, и что они тут делают. Бред свинячий. Поэтому ,а «Молох» надо смотреть или читать Достоевского, Толстого это кинолитература. Я был назвал так.
Я думаю, что это какая-то мифическая такая публика, которая как единое целое все время представляется, она все-таки разнородная, нельзя говорить, что люди хотят потреблять именно такое,
МЕРЕЖКО:Купите видеокассету «Молоха» и смотрите.
Его только что показало российское телевидение и я думаю, что многие смотрели и были очень под большим впечатлением.
МЕРЕЖКО: Я бы очень хотел узнать рейтинг этой картины.
Но мы с вами так ушли в сторону, но я скажу, что все равно о том, что, например, сейчас после пожара телебашни, казалось бы, телевидение стало такой ценностью, как-то особенно это ощутилось, когда эта башня горела и вот, наконец, это все включили, оказалось, что НТВ показывает чудовищный какой-то непотребный сериал, а российский канал показал «Молоха». Я думаю, что это очень правильно. И люди это оценили и поняли, где кино хорошее.
МЕРЕЖКО: Я с вами согласен. Давайте по нашему списку.
Давайте, прежде чем примем ваши звонки, все-таки послушаем, какие фильмы будут в сегодняшнем нынешнем году, в конкурсе Киношока под номером девять.
МЕРЕЖКО: Вот будет картина Квирикадзе «Лето или 27 потерянных поцелуев».
А Вы не смотрели этот фильм, он на Московском фестивале не показывали?
МЕРЕЖКО: Нет, я не смотрел, я улетел, я в это время был в Испании. Эта картина будет, «Жизнь» Эльзы Литовской «Суровое лето» — вот мы с чем столкнулись, работая на фестивале. Выясняется, фестиваль не только России нужен, он крайне необходим бывшим нашим союзным республикам. Потому что понятием фильмопроизводство и показ фильмов — там катастрофически тяжелое. Пожалуй, только Казахстан, более-менее, как-то, Узбекистан, в этом году, кстати, хорошо работает, у Молдавии ни одного фильма, на Украине один-два, в Белоруссии, Лукашенко как раз держит государственный заказ очень хорошо, Латвия, Литва мало, Эстония — совершенно замечательное эстонское кино, а где показывать?
Получается, что на территории России — это, пожалуй, единственное место Анапа — где можно посмотреть фильмы, действительно стран СНГ и Балтии.
МЕРЕЖКО: А кому нужно? Кому, каким европейцам нужна эстонская картина? Она никому не нужна.
А такое хорошее кино, я помню.
МЕРЕЖКО: Очень хорошее.
Серьезное, глубокое кино, я думаю, как люди находят возможность вот опять-таки к нашему разговору, они делают не пустое что-то, а хорошее, качественное, очень серьезное, говорящее о жизни.
МЕРЕЖКО: Такова жизнь. У нас будет конкурс короткометражек очень большой, потом такой конкурс зрительских симпатий, когда сами зрители смотрят фильмы и выбирают наиболее понравившийся фильм, называется «Возвращаемся в кино», там вот Валерий Ланской дал свою картину, потом картина «Святой грешный» будет потом совершенно уникальный спецпоказ нам будет делать Госфильмофонд, кстати, не только для гостей, участников фестиваля, но и для города, для гостей города. Кстати, немаловажно, мы же не только горожанам показываем, а там в сентябре очень много отдыхающих и мы приглашаем их в кинотеатр и они с удовольствием ходят. И нас очень любят в Анапе, и в Краснодарском крае тоже.
Вас особенно, Виктор Иванович, всегда вас принимают в почетные казаки, атаманы,
МЕРЕЖКО: В казаки, хотя я по корням донской.
А что покажет Госфильмофонд, вы хотели сказать?
МЕРЕЖКО: К столетию Греты Гарбо будет ретроспектива документального кино 30- 50-х годов. Эти фильмы никогда не были известны широкому зрителю, даже специалистам-кинематографистам они были неизвестны, это смотришь как детектив.
Это благодаря Владимиру Малышеву, конечно коллекция Госфильмофонда доступна зрителю, это очень хорошо.
МЕРЕЖКО: Ну, во-первых, Владимир Малышев — это вообще умница, и такого хозяина я хотел бы пожелать всем кинематографическим структурам. Госфильмофонд пребывает в блистательном порядке, и на очень хорошем хозяйственном уровне. Там ухоженно, фильмохранилище великолепное, там порядок. Во-вторых, он вице-президент нашего фестиваля, так что все сошлось.
Слушаем звонки, а то уже устали наши слушатели дожидаться ваших ответов.
СЛУШАТЕЛЬ: Вы меня извините, вот ваша сотрудница сказала, что вы на эту тему уже говорили, можете ли вы, так как Вы крутитесь в этом мире, общаетесь с ними, ну имеете доступ, поэтому вы сказали, что вы «Большой вальс» смотрели. А вот мои сыновья, которым было 10 лет, когда вы один раз показывали, а другому — 14, им в то время не до этого было, а сегодня они взрослые мужчины вообще не видят?
Спасибо, мы вас поняли, вот когда Виктор Иванович станет к тому же еще большим телевизионным начальником, он эту проблему я думаю, решит.
МЕРЕЖКО: Дело в том, что есть финансовая политика у каждого канала, есть финансовые интересы, и, к сожалению, не всегда финансовые интересы телевизионных начальников вкладывается показ, закупка старого кино. Реставрировать, мы не можем показать старые копии, которые хранятся в Госфильмофонде, потому что мы сразу нарушаем авторские права определенных киностудий Запада, но за это надо платить, а денег не дает начальство.
Вообще я Вам желаю стать начальником.
МЕРЕЖКО: Я очень хочу.
СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день! Владимир Иванович — Москва. Я бы хотел немножечко побеседовать о дублировании. Смотрите, что получается. Вы сейчас затронули вопрос о ретроспективе, и представьте себе «Леди Гамильтон» в последний раз шла в переводе переводчика, не титрами, как было когда-то, тот же самый «Большой вальс» или, предположим, недавно, ну сравнительно недавно на НТВ был показан «Фонфан тюльпан» опять же не весь дублированный. То есть не правы ли те киностудии, которые не продают нам фильмы, если мы не делаем либо титры, либо полновесный дубляж? Как можно Вивьен Ли слушать в переводе просто так. Это весь фильм теряется. Не правда ли?
МЕРЕЖКО: Абсолютно с Вами согласен. Но опять же вопрос стоит как раз о серьезности подхода к данной проблеме тех, кто закупает фильмы, тех, кто является хозяевами того или иного канала. Я с вами согласен, что приятнее услышать Вивьен Ли голос и прочитать субтитр, нежели услышать не всегда удачный голос дублерши, которая будет озвучивать это дело. Но вы знаете, даже если бы просто показали, ведь тоже в этом есть какая-то ностальгия, и печаль, если бы показали вот те фильмы и таким образом тогда дублированные, вы знаете, в этом тоже есть своя определенная прелесть.
К тому же раньше дублировали значительно лучше, чем это делают сейчас?
МЕРЕЖКО: Были мастера, были режиссеры выдающегося дубляжа.
Мне нравится, Виктор Иванович, что вас воспринимают как всемогущего абсолютно человека. Вы должны решить все вопросы, связанные с кино, тем более, что вы президент кинофестиваля. Давайте к нему и вернемся.
Сейчас у нас на повестке кинофестивали, вы еще хотели сказать, что там будет помимо конкурса короткометражек, еще что?
МЕРЕЖКО: Ночь видео. Дело в том, что сейчас много фильмов снимается на видеопленку,
Это нехватка денег, в основном из-за этого все происходит?
МЕРЕЖКО: Не только, более мобильное, и непосредственно для телевидения. И те, кто делает такие фильмы, подчас самого высокого класса. Они обижаются, что они как бы обойдены вниманием фестиваля. И вот сейчас мы делаем «Ночь видео» специально такой своеобразный конкурс видеопродукции и мы всю ночь будем смотреть эти материалы и вынесем в итоге решение.
То есть они тоже будут как то отмечены, как-то награждаться? Скажите, Виктор Иванович, вот в этом году фестиваль, все-таки приобретает какое-то несколько иное качество, я думаю, потому что , вестником фестиваля будет заниматься такое агентство, которое занимается пиаркомпаниями всяких модных показов, такие модные мальчики и девочки, которые тусуются в мире моды, они в этом году будут заниматься вестником кинофестиваля, что само по себе ни хорошо, ни плохо, надо посмотреть как это получиться. Но и освещение фестиваля, вот радиоосвещение фестиваля и телевизионное не знаю как, вы приглашаете, наверное, разные телекомпании?
МЕРЕЖКО: Приезжают много телекомпаний. Открытие и закрытие будет показано по второму каналу, к сожалению, в очень позднее время после часа ночи. Но, увы, такова традиция наших телевизионщиков. К тому же Кинотавр тоже был показан глубокой ночью. После часа ночи. Тоже самое у нас. Это неправильно. Мы когда были у Матвиенко Валентины Ивановны, которая, кстати, на нас, кинематографистов произвела самые приятные впечатления, она толковая, деловая, очень жесткая, конкретная в своих решениях женщина — настоящий государственный деятель. Вот мы говорили о том, что нельзя наше открытие и закрытие задвигать в то место, когда самое время смотреть какую-нибудь порнуху. Для тех, кто не спит. И она пыталась доказать телевизионному руководству, но это не возымело никакого действия, потому что у них есть у тех, кто руководит телевидением есть понятием — нам важнее не потерять ну какой-то маленький доход. А мне кажется доход духовный, доход по культуре он не менее важен, нежели заработать какой-то очередной рубль.
Но, надеюсь, со временем это будет меняться, главное, что все-таки покажут и открытие и закрытие, но, а вот о радиоосвещении, я не закончила свою мысль сдвигается как-то в сторону FM-диапазона, причем музыкального формата. Это будут приглашены у вас радиостанции именно такие, где новости кино идут как такие светские, порхающие, легкие, А вот слушатели «Маяка» останутся вне новостей фестиваля. А потому что «Маяк» не приглашен на кинофестиваль.
МЕРЕЖКО: Как не приглашен?
Так, не приглашен.
МЕРЕЖКО: Что же вы мне об этом не сказали раньше?
Я не знаю, сама недавно об этом узнала. Потому что мне кажется это немножко неправильно, в связи с тем, что «Маяк» слушают абсолютно где угодно.
МЕРЕЖКО: Ну, как, это абсолютно вся Россия.
Это вся Россия и даже больше, это вся территория вот именно бывшего Советского Союза, везде «Маяк» присутствует. Вот такая уникальность этой радиостанции.
МЕРЕЖКО: Совершенно неожиданно, совершенно невероятно. Это как-то просо, это какой-то недосмотр. Я приеду домой и сейчас позвоню Юре Шевчук, жалко, я думаю, что мы этот недостаток устраним.
Меня как раз интересовал вопрос, как вообще вы относитесь к радиостанциям, FM-диапазонам — музыкальным?
МЕРЕЖКО: Вы знаете, я хорошо отношусь. Я считаю, что в то время, когда у нас абсолютный недостаток информации, то есть перенасыщенность информационной, FM-радиостанции пытаются, каждая по-своему, в жесткой конкуренции найти именно свою лазейку и купить зрителя. Можно купить, я не знаю, как это делает «Серебряный дождь» или «Европа плюс» молодого более такого западно-настроенного, а можно русофила взять при помощи «Русского радио» или допустим, «Авторадио», которое сейчас очень бурно развивается.
С нашей помощью.
МЕРЕЖКО: Очень хорошая программа. Да мы с Машей там ведем. И я думаю, что как раз может быть ваша станция, в какой- то момент, чуть-чуть законсервировалась, чуть-чуть, может быть, немножко выжидала какой-то момент и потеряла темп. Сейчас вы работаете замечательно.
Я недавний маяковец, но я могу сказать, что точно меняется в лучшую сторону, по моим ощущениям.
МЕРЕЖКО: Очень меняется. И музыкальное оформление и насыщенность программы и даже темп, очень хорошо работаете.
Спасибо, Виктор Иванович!
МЕРЕЖКО: Потому что классная станция, классная.
Потому что хотелось бы, чтобы радио, имея такой охват, было бы передовым радио.
МЕРЕЖКО: Я думаю, что это какой-то недосмотр. Честное слово.
Продолжим о кино, Виктор Иванович, вот Вы закончите сниматься в роли мафиози, и что вы будете делать дальше?
МЕРЕЖКО: Ну, во-первых, я заключил на десять следующих серий этого же фильма. Вы знаете, чем мне представляется любопытным этот сериал? Это вхождение во власть. Вот следующие десять серий с 11-ой по 20 будет о том, что когда добившись определенного уровня, скажем, в криминальной среде, он начинает продвигаться во властные структуры, в политические структуры.
Вот, кстати, Виктор Иванович, пока шел выпуск новостей в середине часа, позвонила слушательница и хотела узнать, нужно ли снимать фильмы об олигархиях, и вот о том, самом, о чем вы говорите? Нужно ли?
МЕРЕЖКО: Нужно, необходимо, я считаю, потому олигархии — это есть производное нашей жизни. Это люди, которые, может быть, обладали самым тонким чутьем, самой жесткой и сильной хваткой и они, в общем-то, добились, чего же вы лежали на печи, ничего не делали, чесали пятки и не стали олигархиями.
Не знаю, Виктор Иванович, я бы, может быть, хотела, но не знаю как.
МЕРЕЖКО: А они знают.
То есть вы уверенны, что это абсолютно чистый путь просто выбор человека деятельного, он берет и становится олигархом? Я думаю, что все не так просто.
МЕРЕЖКО: Вы знаете, не все так просто. Но все просто. Дело в том, что, конечно, находится какой-то стартовый капитал, находится стартовые связи, завязки, делится кто-то деньгами, кто-то устраняется.
Слово «устраняется» как-то прозвучало зловеще?
МЕРЕЖКО: Я не имею в виду убивают, нет, отодвигается в сторону, лишают карьеры как угодно. Американцы, опять мы ссылаемся на американцев, в 30-ые годы шли тем же путем, каким мы сейчас идем. Там же была такая олигархическая структура, там же были такие же «черные» деньги, там такая же была преступная ситуация, там такие же банды, разборки, все было. Посмотрите, фильмы о тех годах, вы увидите, безжалостная жестокость и в то же время оттуда выскакивали по-настоящему талантливые люди, которые и становились историей и гордостью нации. И, на мой взгляд, к этим олигархам нужно относится абсолютно трезво, понимать, что не будь, скажем, Гусинский, будет Фульчинский какой-нибудь.
Но, то есть, свято место пусто не бывает.
МЕРЕЖКО: Кто-то обязательно на это место придет.
Такова ситуация, что такой человек должен появиться обязательно, да?
МЕРЕЖКО: Ситуация, общество развивается таким образом, что оно предопределеяет появление олигархов, и появление, к сожалению, криминалитета, к сожалению.
То есть следующие серии, над которыми вы сейчас работаете или обдумываете их, они будут именно об этом?
МЕРЕЖКО: Они будут об этом, как человек идет во власть, дело в том, что человек идет во власть по заданию власти, он человек структур наших, ну скажем так, государственных, державных. Другое дело, что в какой-то момент он становится неуправляемым.
Вы имеете в виду вашего героя?
МЕРЕЖКО: Моего героя. И стоит вопрос о том, чтобы его устранить, отодвинуть. И об этом вопрос будет стоять. И я не знаю, чем закончится 20-я серия. Я бы хотел, чтобы еще не 20-ая серия, пошла 30-я.
Как интересно вы говорите, что вы еще не знаете, чем она закончится?
МЕРЕЖКО: Не знаю, не знаю. А вы знаете, были такие ситуации, вот, допустим, Нагиев играет мощного такого преступника по фамилии Маргеладзе, и когда я знаю, что Маргеладзе уже в 20-х сериях будет уничтожен, мне жалко. А до этого был такой образ, который, кстати, Николай Волков играет, замечательный, кстати, актер.
Очень хороший актер. И вот он в фильме Виталия Мельникова, который был в конкурсе «Киношок».
МЕРЕЖКО: Он играет Часовщика, авторитета по фамилии Часовщик. И когда я его убил, я день ходил, просто приходя в себя. Мне было по-настоящему жалко. Это талантливый человек, это мощь. Да, государство, общество, время заставило стать его преступником, заставило. И не будь Часовщик преступником, будет какой-нибудь Минуточкин, понимаете? Но когда, повторяю, его жизнь заканчивается трагически, мне его жалко, потому что погибает по-настоящему талантливый человек.
Виктор Иванович, ну пускай будут живы все ваши герои, пускай будем живы мы, и будем встречаться на волнах «Маяка», я думаю, еще не раз. Напомню, что в гостях в «Уют-компании» был Виктор Иванович Мережко, президент кинофестиваля, открытого фестиваля «Кино стран СНГ и Балтии» В Анапе. Счастливо.
МЕРЕЖКО: Спасибо, до свидания.
Добавить комментарий